«Кругом все закрыто»: как после пандемии живут на Бали и на других индонезийских островах

Бали – в прошлом Мекка для российских туристов – сегодня переживает не лучшие времена: из-за пандемии поток туристов сократился, а местные бизнесмены, жившие за счет развлечения иностранцев, понесли серьезные убытки.

Кристина Журавлева, SMM-специалист

В 2020 году мы с бойфрендом приехали из Москвы в отпуск на сказочный остров на две недели – и осталась на два года. Это было в первую волну пандемии, в марте: закрыли границы, а мы остались жить и работать удаленно на острове. Когда все устаканилось, мы решили остаться еще и на зимовку.

Бали – это центр притяжения фрилансеров и предпринимателей со всего мира. Здесь большое русскоязычное комьюнити людей разных интересов. Многие называют Бали «лагерем для взрослых»: тут для каждого есть развлечения и хобби, тут можно найти ответы на любые вопросы – как духовные, так и материальные. Фотографии с Бали в галерее:

Slide image for gallery: 16220 | Кристи. Фото: соцсети
Slide image for gallery: 16220 | Кристи. Фото: соцсети
Slide image for gallery: 16220 | Кристи. Фото: соцсети
Slide image for gallery: 16220 | Кристи. Фото: соцсети
Slide image for gallery: 16220 | Кристи. Фото: соцсети
Slide image for gallery: 16220 | Екатерина Бежкова с дочерью. Фото: соцсети
Slide image for gallery: 16220 | Екатерина Бежкова. Фото: соцсети
Slide image for gallery: 16220 | Екатерина Бежкова с дочерью. Фото: соцсети
Slide image for gallery: 16220 | Екатерина Бежкова с семьей. Фото: соцсети
20

Туристический бизнес играет большую роль в развитии острова, но из-за пандемии все встало на паузу. В пандемию многие балийские предприниматели пострадали: немало отелей, кафе и ресторанов закрылось. На остров можно было попасть только по визе В211 (бизнес-визе) или по Китасу (виза инвестора). Такие типы виз стоят от 200 до 1500 долларов, не каждый турист может позволить купить одну из них.

Сейчас ситуация постепенно нормализуется, так как с 14 марта 2022 года отменили карантин по прибытии. Многие иностранцы могут оформить обычную туристическую визу. Что касается нас, мы в ближайшее время мы не планируем переезд или поездку в другую страну – нас здесь все устраивает.

Екатерина Бежкова, фотограф

Мы с мужем и дочерью уже два с половиной года живем в Индонезии. Точнее – в индонезийской деревне. По профессии я экономист, но ни дня в своей жизни так и не поработала по специальности. До декретного отпуска я была бухгалтером. Работа очень нравилась, но график (пятидневка) меня не устраивал и очень угнетал, поэтому я решила пойти на курсы фотографии.

После декретного отпуска я уволилась и стала работать на себя фотографом. В 2018 году моему мужу сделали предложение по работе в Индонезии. Мы долго сомневались, взвешивали все за и против: муж в тот момент работал в организации, от которой нам дали комнату в общежитии. А если муж увольняется, естественно, ее у нас забирают. Но мы рискнули.

Муж уехал, а я с дочерью к нему присоединились только через год. В Индонезии я не работаю. Я даже фотоаппарат в руки не могла брать около полугода, потому что я очень «выдохлась». На данный момент я отдыхаю от всего, просто наслаждаюсь жизнью, чего позволить себе раньше не могла.

Как только началась пандемия, в Индонезии ввели обязательное ношение масок, дистанцию, на каждом углу были дезинфицирующие средства, термометры, чтобы мерить температуру, а также – огромное количество людей, которые следили за выполнением этих требований. Торговые и развлекательные центры приостановили работу, школы и офисы перевели на удаленку, границы страны закрылись для туристов, на улице можно было находиться только в масках. Это, конечно, изменило нашу жизнь.

Но для самих индонезийцев все осталось в целом по-прежнему: они безумно ответственные. Я не удивилась, если бы узнала, что они в этих масках еще и спали. Со временем ограничения то ужесточались, то смягчались, то возвращались к прежним – строгим – рамкам. На таких «качелях» мы жили два года. Чтобы летать на самолетах внутри страны, приходилось делать дорогие тесты на коронавирус. Потом они стали дешевле, конечно, но все равно отдавать эти деньги на ветер было не особо приятно.

Самая пострадавшая отрасль в Индонезии – это, конечно, туризм. На острове Бали я была два раза во время пандемии. Первый раз в конце 2020 года, а второй – в конце 2021. И это как будто два совершенно разных места. Если в 2020 году там еще кипела жизнь и даже были кое-какие прорвавшиеся туда туристы, работающие заведения и местные лавочки с сувенирами, то в 2021 это была пустота. Кругом все было закрыто. А из туристов – лишь местное население Индонезии. Ну и, конечно, иностранцы, которые живут на Бали и ведут там свой бизнес. Я еле смогла найти магазин с сувенирами, их можно было пересчитать на пальцах одной руки.

Все достопримечательности работали, но они тоже были пустые, без людей. Закрылись кафе, рестораны, отели. Видеть подобную картину было очень грустно. Сейчас страна открылась для туристов, без карантина и тестов ПЦР. Думаю, что Бали со временем придет в себя.

Мы живем на другом острове, Сулавеси, – совсем не туристическое место. Здесь обычная жизнь, обычные люди со своими ежедневными бытовыми вопросами. На Сулавеси пандемия отразилась не так негативно. Работа как была здесь для местного населения, так никуда и не пропала. Заработок не уменьшился: кто хочет, тот работает. Курс доллара, кстати, тут все два с половиной года стабильный, не меняется.

Люди здесь живут очень спокойно, размеренно, свободно и счастливо. Правда, мне здесь не хватает привычной и любимой еды: молочных продуктов (здесь есть только молоко и какое-то подобие йогурта), колбасы, пирожных, вкусной выпечки, сладостей, вкусных огурцов и помидоров. Еще здесь нет школы для моего ребенка. Только местная, где преподают на индонезийском языке. Но качество образования невысокое.

Я также чувствую недостаток общения. Мне здесь поговорить не с кем, только с мужем и ребенком. Остается только общение с родными по телефону, а также с друзьями в социальных сетях. Не скажу, что я страдаю из-за этого, нет. Но периодически хочется пообщаться с кем-то на своем родном языке, а не на индонезийском или английском. Моя дочь играет с местными детьми, но и ей хочется понимать, о чем они говорят и отвечать им по-русски.

Местные реагируют на нас с дочкой как на суперзвезд: они никогда не видели вживую туристов, тем более белокожих. Они постоянно подходят к нам с телефонами, чтобы сфотографироваться. Это утомляет, особенно учитывая то, что не у всех людей хорошие манеры и понятие личного пространства. К этому я не привыкла и, наверное, не привыкну никогда.

Эти тренды из нулевых снова в моде:

Фото: Личный архив героинь