«Там выбрасывают мусор прямо на улицу»: как я работала в Китае и почему мне не понравилось

Певица Наталья Ерина (сценический псевдоним VOЛNA) поделилась негативным опытом жизни в Китае.

В Москве я всегда много работала, но доходы тогда были совсем небольшие: постоянные музыкальные уроки и собственные репетиции, средств и опыта для запуска сольного проекта у меня не хватало – я была сильно занята, а результативности мало. Я топталась на одном месте. Мои фото в галерее:

VOЛNA
VOЛNA
VOЛNA
Наталья Ерина
8фотографий

Толчком к действиям для меня стал концерт Джастина Тимберлейка в Москве. Я была поражена масштабом его шоу: большая сцена, крутой материал и подача. В тот момент меня осенило: я тоже так хочу.

Спустя пару недель по чистой случайности в социальных сетях я увидела объявление о наборе артистов по контракту в Китай с шоу-балетом. Кастинг оказался легче, чем я предполагала. Полгода наша отобранная группа ждала своего часа: нам сшили некачественные костюмы, сняли отвратительный проморолик, долго не давали никаких ответов, а по итогу как артиста выбрали только меня.

В Китай я поехала, чтобы получить настоящую сценическую практику и заработать на запуск сольного проекта. По сравнению с Москвой, где выступления длятся долго, и твой голос садится, в Китае каждое шоу длилось по 7 минут, всего по 3 выхода. Тогда я очень хотела заработать, вернуться в Москву и с новым опытом, и на заработанные средства запустить свой проект.

Это был мой первый одиночный выезд за границу. Я безумно нервничала, перелет был жутко неудобный, с кучей пересадок. По приезде в Китай – после всего пережитого – я забыла язык: единственное, что я смогла сказать своему агенту, было: I am here.

Китай оказался для меня другим миром, с очень развитой клубной культурой, куда приглашают заграничных артистов, где играет громкая музыка – и там же выбрасывают мусор прямо на улицу и никак не следят за чистотой. Сложно было адаптироваться к китайской кухне: помню, как постоянно приходилось уточнять, что я ем совсем неострую пищу, потому что китайское «неостро» для меня означало «очень остро».

Через полмесяца я осознала, как сильно мне одиноко. По вечерам я выступала с концертами, созванивалась со своими близкими, а днем мне не хотелось просыпаться – началась депрессия. Я стала сомневаться в собственном профессионализме, особенно в сравнении с артистами, которые уже долгие годы работают в Китае. Я увидела совершенно другой формат – и в тот момент очень захотела обратно в Москву. С одной стороны, это осознание очень меня зарядило: я во всех красках поняла, что значит быть артистом, и как освоить эту профессию. А с другой, страхи и неуверенности застопорили меня, нам ведь всегда боязно начинать что-то новое.

Китай разрушил мои иллюзии. Я мечтала стать профессиональным артистом и выступать со своим материалом, но поняла, что путь к этой мечте нелегок и тернист. За время, проведенное там, я успела выступить в китайских деревушках, ощутить там локальную популярность (китайцы просто не давали нам пройти), и даже поспать в бараках. Мне пришлось осознать, что шоу-бизнес – это большой мыльный пузырь.

В Китае, кажется, реализовались все мои страхи. Я всю жизнь боялась потеряться в незнакомом месте, и это случилось в незнакомой стране, где никто не знает твой язык и нет симки, чтобы позвонить. Также моим профессиональным страхом было забыть текст или порвать костюм и не заметить этого. Однажды я выступала в костюме ангела: на мне были тяжелые крылья и легкое развевающееся платье. И пока я кружилась и пела, не заметила, как платье обвило мои ноги, и я рухнула на стол гостей полностью обездвиженная, меня поднимали всем клубом как гипсовую статую – смешно было всем. Помню, как менеджер сказал, что эту ночь теперь трудно будет забыть.

Китай определенно повлиял на мое становление как творческой личности и певицы. Этот период я вспоминаю с улыбкой и благодарностью, благодаря ему я смогла найти в себе силы и все-таки запустить свой сольный проект в России.

Фото: Архив пресс-служб