Политические амбиции одной семейной пары чуть не привели к военному конфликту в Южной Корее. Экс-президента страны подвергли импичменту за незаконное введение военного положения. Теперь же прокуратура Южной Кореи добивается, чтобы бывшего лидера страны Юн Сок Ёля казнили, а его жена — экс-первая леди страны Ким Кон Хи — получила год и восемь месяцев тюрьмы по обвинениям в коррупции и стала одной из самых ненавидимых корейцами публичных личностей. Кто такая жена экс-президента Южной Кореи Юн Сок Ёля, и как ее обвинили в продаже интересов родины за люксовую сумочку?
Кто такой Юн Сок Ёль, экс-президент Южной Кореи
Ким Кон Хи вышла замуж за Юн Сок Ёля в 2012 году, тогда он был частным юристом, но уже совсем скоро стал известным в стране прокурором, потом перебрался с женой в столицу. В Сеуле он даже вел громкое дело подруги тогдашнего президента Южной Кореи Пак Кын Хе — женщина по имени Чхве Сун Силь организовала свою секту и заделалась серым кардиналом президента, регулярно вмешиваясь в политический процесс, а из бюджета тянула столько, что угодила в тюрьму на двадцать лет. После успешного расследования новый президент Мун Чжэ Ин сделал Юн Сок Ёля генпрокурором.
Иронично, но факт: демократичная Южная Корея и коррупция в высших кругах власти — понятия синонимичные. Южнокорейские политики постоянно горят на воровстве, особенно часто — через своих жен. Что, конечно, заставляет регулярно зубоскалить их северокорейских соседей. Юн Сок Ёль, вдохновленный своим успехом в деле, приведшем к отставке Пак Кын Хе, решил теперь копать под собственного благодетельного начальника — очень популярного в стране Мун Чжэ Ина. Он быстро нашел в его аппарате нарушения, вступил в оппозиционную ему партию и победил на выборах с имиджем борца с коррупцией.
Два года спустя, после четвертой попытки оппозиционной партии начать расследовать преступления самого Юн Сок Ёля и его жены Ким Кон Хи, президент перенервничал и попытался ввести во всей стране военное положение из-за якобы имеющейся угрозы со стороны Северной Кореи. Целую ночь Сеул провел в панике, наблюдая за собирающейся на улицах тяжелой военной техникой, пока парламент Южной Кореи не приструнил президента. Так началось падение Юн Сок Ёля — поначалу ему вынесли импичмент, передав временное управление страной премьер-министру Хан Док Су, зимой 2025 года экс-президент попал под арест.
Но вскоре оппозиция сняла с должности уже и Хан Док Су, поскольку он, опасаясь гнева бывшего генпрокурора и президента, отказывался подписывать законопроект о полноценном расследовании против Сок Ёля и Кон Хи. Чехарда сменявших друг друга почти каждые несколько месяцев временно исполняющих обязанности президента завершилась лишь в 2025 году, когда на досрочных выборах победил лидер демократической партии Ли Чжэ Мён. Именно при нем южнокорейская прокуратура затребовала для арестованного и признанного нарушителем конституции Юн Сок Ёля смертной казни, а также выдвинула официальные обвинения против Ким Кон Хи.
Кто такая Ким Кон Хи, жена экс-президента Южной Кореи Юн Сок Ёля
Сейчас Ким Кон Хи 53 года, она получила образование искусствоведа в очень дорогом университете Кёнхи — шестом по престижности в стране. Искусство стало для Ким Кон Хи прибыльным бизнесом, а затем, как утверждают противники экс-президента, отличной базой для отмывания денег в промышленных масштабах: Ким Кон Хи с 2009 года владеет выставочной компанией Covana Contents. В 2018 году ее состояние оценивали в 35 миллионов долларов, что сильно превышает задекларированные доходы ее супруга.
С образованием Ким Кон Хи произошел отдельный скандал: после основной учебы она регулярно совершенствовала свои навыки: в Сеульском университете, университете Кунмин и других организациях. В последнем университете она получила степень доктора философии, хотя ее работы обвиняли в плагиате и во время магистратуры, и во время докторантуры: кстати, писала Ким Кон Хи не про что-нибудь, а про гадания. Экс-первая леди (как и, кстати, многие южнокорейцы вообще) не чужда эзотерике разных видов, она сама гадала по ладони, как утверждает Air Mail, Ким Кон Хи во время предсказаний могла флиртовать с журналистами.
Стиль Ким Кон Хи
Южнокорейское общество, несмотря на весь глянцевый фасад, не уступает в патриархальности никому из своих азиатских соседей. Поэтому Ким Кон Хи в статусе первой леди Южной Кореи навела шума: если ее предшественницы старались просто исполнять протокол и не стремились к публичности за его пределами, то Ким Кон Хи привлекала к себе огромное внимание, запросто затмевая своего мужа-президента. Кроме того, следствие по делу бывшей президентской четы уверено, что Ким Кон Хи имела вполне реальную политическую власть в Южной Корее.
Она играла ведущую роль с того момента, как Юн Сок Ёль пришёл в политику, и впоследствии сформировала с ним «политическое партнерство». Она не занимала официальной должности, но ее статус соперничал со статусом президента.
Внешне в первую очередь Кон Хи выделялась стилем одежды — она очень смело сочетала непосредственно корейские мотивы и представления о прекрасном с классической европейской модой. Особую нежность первая леди питала к стилю нью-лук. Из-за него в том числе она впоследствии и погорела. Но стоит признать: Ким Кон Хи потрясающе выглядела в А-образных юбках, белых жакетах-бар, классических костюмах с непременно широкими брюками с идеальными стрелками. А еще она любовно подбирала к своим выходам аксессуары: галстуки, перчатки, украшения, сумки.
Ким Кон Хи не скрывала, что прибегает к помощи пластических хирургов — в Южной Корее, где на 18-летие могут подарить полное хирургическое преображение «под ключ», это ни для кого не новость. Врачи запросто сделали 52-летней первой леди настоящий «бэбифэйс», из-за чего ее лестно сравнивали с фарфоровой куколкой. И все же, когда один музыкальный исполнитель выпустил трек «Леди, похожая на Майкла Джексона», почти все сошлись во мнении, что речь именно о супруге президента. Президент Юн Сок Ёль относился к критике в адрес жены без всякого удовольствия.
Моя жена много страдает из-за моей политической карьеры, в том числе из-за общественного внимания к ее внешнему виду. Мне жаль свою супругу, которая из-за моей политической кампании вынуждена была много страдать.
В чем обвиняют Ким Кон Хи
Ким Кон Хи пополнила список первых леди, которых усердно сравнивают с Марией-Антуанеттой. А виной всему любовь к тяжелому люксу и собственные политические амбиции, что для первой леди в Южной Корее строжайшее табу.
По информации все той же Air Mail, Ким Кон Хи попала в объективы во время встречи с корейско-американским пастором (бывшая президентская чета исповедует католицизм), который довольно открыто заявлял, что желает помочь наладить отношения между Южной и Северной Кореями. В самом факте встречи не было бы ничего зазорного — лоббизм есть лоббизм. Однако экс-первую леди застукали с очень дорогостоящим подарком — сумкой Dior (вот к чему приводит любовь к нью-луку) за две с лишним тысячи долларов. А политики в Корее имеют право получать подарки на сумму не более 750 долларов. Выяснилось, что Ким Кон Хи принимала до этого от пастора набор косметики Chanel, за примерно полторы тысячи долларов, драгоценности, картины и другие атрибуты люксовой жизни. И вообще отказывалась принимать миротворца от церкви, если тот не предупреждал, что придет с подарком.
Но еще больше оппозицию вывело из себя нежелание властей возбуждать уголовные дела против Ким Кон Хи, хотя суд в свое время постановил, что банковские счета первой леди и ее матери использовались для манипуляций с ценами на акции. В то время, как многие k-pop айдолы и киноактеры (например, звезда оскароносных «Паразитов» Ли Сон Гюн) совершали суицид из-за гораздо более незначительных скандалов, вызывавших, тем не менее, чудовищную травлю от публики, правящая верхушка Южной Кореи оставалась безнаказанной.
Хотя теперь, несмотря на все свое положение и все еще сильного (и, надо сказать, преданного) мужа, Ким Кон Хи превратилась в айдола, сбитого с пьедестала: те же люди, которые восхваляли гламурный стиль экс-первой леди, теперь с еще большей уверенностью пророчат ей будущее за решеткой. Хотя защита Ким Кон Хи надеется подать на решение суда апелляцию, заявляя о «преувеличениях» и «политических нападках». Восток, как известно, дело тонкое.
