Ее называли «темной принцессой» поп-музыки, а ее песни «взрывом эмоций». Линда по праву заслужила звание самой неординарной российской певицы. Она вкладывала в музыку всю себя, выступала до изнеможения и не боялась осуждения. Но она исчезла со страниц музыкальных новостей так же быстро, как и появилась. Выяснили, куда артистка пропала и как же сложилась ее жизнь за пределами всеобщего внимания.
Пик популярности и влияние на культуру
Карьера Светланы Гейман или Линды началась с конкурса «Поколение», а взлет — со знакомства с молодым композитором Максимом Фадеевым. Максим тогда только начинал продюсерский путь, но сразу заметил уникальность певицы и решил взяться за ее продвижение.
В 1994 году вышел дебютный альбом «Песни тибетских лам» и «родилась» та Линда, которую мы помним. Именно Фадеев создал тот эпатажный и загадочный образ, по которому Светлану узнают до сих пор. А в 1996 году буквально грянула пластинка «Ворона» — эталон творческой самобытности. Было продано более 2-х млн копий, а о девушке с необычным подходом к музыке узнала вся страна.
«Никогда», «Северный ветер», «Волчица» — строчки этих песен знали наизусть, а трек «Ворона» разбирали на цитаты. Гастроли были нон-стоп: каждый концерт превращался в аншлаг, а каждое появление Линды на публике — в событие. Ее вокальные эксперименты и чересчур смелое поведение были новы для отечественной сцены. «На сцене она нечто — экспрессия и ураган», — писали журналисты. Гейман не просто поймала волну эпохи, а возглавила ее.
1999 год стал переломным в карьере Светланы: вышел альбом «Плацента», который открыл ей дорогу на зарубежную сцену. А осенью того же года синглом «Белое на белом» закончилось ее сотрудничество с Максимом Фадеевым. Линда отправилась в свободное плаванье.
Что произошло после расставания с продюсером
Финансовые разногласия и разрыв контракта с Фадеевым сильно изменили карьерный курс Линды. Кроме того, 2000-е стартовали новыми именами, и ей пришлось оставить сценический пьедестал. Но это был не конец, а совершенно другое воплощение искусства.
Певица существенно изменила имидж и создала совсем уж неземной образ. Обесцвеченные волосы, белый цвет и чистый лист в музыке — так начался новый этап в творчестве Линды. Она выпустила несколько треков и альбом ремиксов «Эмбрион», распробовав свободу на вкус. А затем облачилась в черный и реализовала альбом «Зрение».
Ее треки стали иными, не подходящими «вороне» — оригинальными, но камерными. Светлана растеряла большую часть прежних поклонников и обрела новых. «Я остаюсь собой, вот что главное. Не дать себя переделать — большой труд», — заявила артистка на критику столь резких перемен. А потом она познакомилась с композитором и продюсером Стефаносом Корколисом. Он расширил ее музыкальный кругозор и открыл для нее этнику: так появились альбомы «АлеАда» и «Sкор-Пионы».
Линда будто и не пыталась влиться в культурный мейнстрим. Она переехала в Грецию и продолжила создавать музыку в своем стиле. В Россию певица вернулась только в 2012 году, где продолжила в том же духе: концерты, альбомы, клипы. Все меньше экспрессии, все больше глубины и сложных мотивов — и каждый сингл будто на другом языке, для «своих» людей.
Чем занимается сейчас
С момента возвращения в Россию в 2012-м Линда не прекращает заниматься музыкой. В качестве камбэка она выпустила альбом «Acoustics by Bloody Faeries» и рэп-версию композиции «Мало огня». В 2013-м вышла пластинка «ЛАЙ, @!» — и сразу получила звание лучшей по версии канала MusicBox.
Линду вообще ни разу не смутил тот факт, что она уже не так популярна, как прежде. «Меня слушают те, кто меня понимает», — только и сказала она, о завершении карьеры не шло и речи. В 2015-м был презентован альбом «Карандаши и спички». А следом вышел клип на песню «Болеют все» — видео постоянно крутилось на музыкальных каналах.
Светлана взяла перерыв, чтобы довести до ума и в 2019 выпустить альбом «Bloody Faeries». Это были как старые песни в иной музыкальной форме, так и несколько новых композиций. «Суть была в том, чтобы записать все треки на одном дыхании», — рассказывала певица. А 2020-й ознаменовался выходом альбома «ДНК Мира». Его отличительной чертой стало явное этническое звучание: во многие песни вплетен якутский язык.
Гейман и по сей день дает концерты, черпает вдохновение из классики и независимого кино. А также часто бывает в родном Казахстане, где берет начало ее самобытность и в жизни, и в творчестве.
Почему о ней не говорят в медиа
Времена меняются, и требования к артистам меняются вместе с ними. Если в 90-х нужно было удивлять творчеством, то сейчас куда важнее личный брендинг. Активность в социальных сетях, отклик на тренды, вращение в медиа-индустрии 24/7 — все это стало частью музыкальной карьеры. Кроме того, современное творчество очень ограничено: в нем нет и трети той свободы, которая звучала со сцены раньше. А Светлана была и остается «белой вороной» среди всех тенденций и регламентов.
Линда очень далека от медийной сферы. Она не посещает светских мероприятий, не участвует в шоу и крайне редко дает интервью. Ее совершенно не интересует собственная популярность. Певица предпочитает людным событиям уединение, а блогингу и ежедневным рилсам — чтение бумажных книг и глубокое погружение в работу. Такой подход оставляет ее «за кадром» новой поп-культуры, но в то же время подчеркивает ее нетривиальность.
Линда — культовая певица своего времени. Она идеально вписалась в экспериментальную эпоху, когда понятие границ потеряло всякое значение. И хотя ее голос быстро затих, феномен «вороны» крайне значим для отечественной поп-культуры. Линда смогла показать, что музыка — универсальный язык, а творчество живет вне трендов и рамок. И это по-прежнему находит отклик в сердцах всех, кто хоть раз слышал ее песни.
