Комфортные палаты, разнообразное меню, присутствие мужа, доулы или психолога — стандартная практика, о которой еще пару десятков лет назад можно было только мечтать. Готовы доктора удовлетворить и необычные запросы, среди которых — гипноз, водные роды, медитации или видео съемка всего процесса. Как говорится, любой каприз за ваши деньги.
А вот в СССР все было далеко не так радужно, как мы к этому привыкли сегодня. Некоторые и по сей день с содроганием вспоминают, через что проходили женщины ради рождения ребенка. Лекарств не хватало, обезболивания боялись как огня, а новорожденных без материнского молока кормили сцеженным от соседок по палате.
Но и это еще не все: в то время такому явлению, как послеродовая депрессия, не уделяли внимания в целом. Считалось, что рождение ребенка — праздник, а значит, впадать в уныние ни к чему. К тому же появление на свет малыша накладывало на новоиспеченную маму кучу новых обязанностей, и грустить или печалиться просто не было ни времени, ни возможности.
Когда боль — это норма
Советские врачи не доверяли обезболиванию. Считалось, что женщина должна чувствовать все, чтобы можно было лучше контролировать процесс. Правда, часто отказ от анестезии вытекал из того факта, что ее просто не хватало, поэтому каждая ампула была на вес золота.
Среди средств, которыми пользовались врачи, значились уколы в промежность или клизма с обезболивающим раствором. Стоит ли говорить об их эффективности? Пожалуй, нет. Достаточно лишь упомянуть, что многие из этих средств уже запрещены для использования.
Если случался разрыв, его тоже зашивали без анестезии. Использовали при этом нити из кишок крупного рогатого скота, которые нередко вызывали инфекции. С течением временем раны удавалось залечить, а вот рубец оставался на всю жизнь.
Запрещенные приемы
Иногда роды шли не по сценарию, потому врачам приходилось прибегать к подручным средствам. Среди самых популярных — щипцы, которыми доставали младенцев из тела матери. Если же ребенок не принимал нужное положение, акушер нащупывал его головку через живот роженицы и двигал ее в центр таза.
Случалось и такое, что ребенок отказывался «вылезать», а у матери уже не было сил, чтобы продолжать тужиться. Тогда в ход шел самый варварский метод — прием Кристеллера. Врач нажимал на живот роженицы, тем самым выдавливая плод наружу. Метод использовали вплоть до 1992 года, после чего было принято решение исключить его из акушерской практики.
Психологический прессинг
Помощи и сочувствия ждать было неоткуда. В лучшем случае — сухое равнодушие, в худшем — крик, упреки, а иногда и физическое воздействие. А все потому что медиков катастрофически не хватало, смены были изнуряющими, а платили за это копейки. Роды же при этом шли потоком, как на конвейере. Да, попадались и те, кто готов был посочувствовать, поддержать в трудную минуту. Но подобное отношение было скорее исключением, а не практикой. За порядком следили строго, а за любую провинность могли отчитать при всех или отвести к главврачу, который расскажет, как надо себя вести новоиспеченной маме.
Но и на этом ад не заканчивался. Душа в больницах не было, воду грели в кастрюлях, мылись в тазиках, а детей купали в раковинах. Особенно «весело» было зимой: батареи еле грели, а о том, что такое теплый халат, знали лишь те, кто принес его с собой перед родами. В палате размещали по 10−15 человек.
Но даже в таких, казалось бы, кощунственных условиях, будущие мамы нет-нет, да находили плюсы в роддомах. Среди таких — питание, которое было разнообразным и вкусным, а также соседки по палате, которые за время пребывания в больнице становились настоящими подругами.
