Когда степь диктует меню
Зародилась необычная привычка в монгольских степях, где еда (из-за многочасовых переходов и стоянок) считалась не удовольствием, а настоящей стратегией выживания. Там-то, в Монголии, местные кочевники и придумали банштай цай — блюдо, в котором чай перестает быть напитком и становится полноценным обедом. В основе — сутэ-цай — насыщенный отвар зеленого чая, выкипяченный с жирным молоком до почти кремовой консистенции. Для вкуса туда же добавляли жир, обжаренную муку, иногда рис и, конечно, маленькие пельмени с бараниной.
Диковинное для нас варево заменяло кочевым племенам и первое, и второе, и горячее. Оно согревало, насыщало и давало силы на долгие, зачастую изматывающие, часы пути. Никакой эстетики — только функциональность, которая помогала выживать в нелегких условиях обитания.
Как это попало в СССР
В СССР блюдо попало через Среднюю Азию и восточные республики. Почему? Объяснение просто: в послевоенные годы, когда вопрос сытости в отдаленных регионах стоял острее любого другого, некоторые семьи с любопытством перенимали восточный опыт, адаптируя его под собственный быт и вкус.
Сразу стоит отметить: повального увлечения на пельмени с чаем в Советском Союзе не было никогда. Монгольская традиция прижилась (и то ненадолго) лишь в граничащих с восточными странами районах — Казахстане, Калмыкии, Туве, на Алтае и в Бурятии. Там жители недолго, но практиковали диковинное блюдо — чай с пельменями.
Почему это не стало трендом
Советская кухня середины XX века двигалась в сторону унификации и понятности. Рецепты из поваренной книги Молоховец — это одно. А вот мутноватое варево с плавающими в нем пельменями — совсем другое. Психологический барьер оказался выше практической пользы. Русский человек был готов пить чай с молоком, даже с солью — но мясо в чашке вызывало что-то близкое к экзистенциальному дискомфорту. Плюс, зачем усложнять? Для пельменей всегда была готова чистенькая кастрюля с водой, а воду для чая можно было вскипятить и в чайнике.
Получается, что логика быта победила логику выживания. А вот банштай цай так и остался достоянием народов Крайнего Севера и Востока, редких энтузиастов и — теперь уже — любопытных гастрономических историков.
