Добрая жена

Мой четырехлетний сын однажды начал разговор о будущем: «А какая у меня будет жена, когда я вырасту?» «Выберешь, какая понравится, — ответила я. — Главное, чтобы добрая была». — «А почему?»

Мой четырехлетний сын однажды начал разговор о будущем:

— А какая у меня будет жена, когда я вырасту?

— Выберешь, какая понравится, — ответила я. — Главное, чтобы добрая была.

— А почему?

— Ну а зачем тебе злая жена? Ты же не хочешь, чтобы она кричала на тебя?

— Да, не надо, чтобы она на меня кричала, — согласился Петя.

Разговор о будущем продолжался долго. Петя рассказывал, как он вырастет и купит себе машину — дорожный каток — и поедет на ней в магазин выбирать себе жену. Добрую. И еще красивую. Потом он привезет жену домой и научит играть в шахматы. А потом, когда он, как папа, будет выигрывать в шахматы у других дяденек, жена будет ждать дома и готовить еду. Детей будет двое. Девочки. И он опять, как папа, будет подкидывать их к потолку, а если не будут слушаться — наказывать...

Если бы все и вправду было так прекрасно, как в этом детском лепете, подумала я… Чтобы «добрые жены» и «верные мужья» находились так просто и на всю жизнь. Ну а если мечтать ближе к реальности, то хорошо бы, чтобы мои дети удачно «пережили» первую любовь, не воспринимая ее как последнюю, чтобы сразу подходили к выбору с умом, ища в избраннице/избраннике жену/мужа, не теряя голову, как Ромео и Джульетта, бедная Лиза, юный Вертер…

Хотелось бы, чтобы мой сын последовал примеру своего святого покровителя благоверного князя Петра Муромского и действительно выбрал бы себе добрую (и мудрую!) жену. Чтобы мои дочери, если вдруг влюбятся «неправильно», подобно героине Джейн Остин, послушали «доводы рассудка»…

P.S. В недавно прочитанных воспоминаниях княгини И.Д. Голицыной меня поразил один эпизод. Юной семнадцатилетней девушкой Ирина, будучи на каникулах, влюбилась не в кого-нибудь, а в «очень высокого и очень красивого» Великого князя Георгия Михайловича, троюродного брата царя Николая II, и вдобавок ко всему женатого на принцессе Греческой. По всем «правилам» первой любви ее чувство было особенным, «всепоглощающим и волшебным» и, конечно, не взаимным. После каникул она с грустью сказала матери, что никогда не выйдет замуж, потому что никогда не сможет снова полюбить так же сильно. А мама объяснила, что это «только детское чувство, не настоящая любовь, которая придет позже».

По-моему, лучшего ответа и не придумаешь. Но как же всегда сложно поверить простым и честным словам. И не только в «детском» случае первой любви, но и во многих эпизодах взрослой жизни.

Фото: кадр из мультфильма «Сказание о Петре и Февронии»