9 февраля 2022, Редакция Леди Mail.ru

«Ты не понимаешь, что ты не прав»: исповедь раскаявшихся

Когда мы говорим о жертвах кибертравли, сердце всегда двигается в сторону сочувствия. Но если перед нами агрессор? Чего от него ждать? Заслуживает ли такой человек сочувствия? Три исповеди, которые наши герои предоставили на правах анонимности, помогут взглянуть на кибербуллинг с другой стороны.

Спор на почве искусства не казался мне травлей

В самом начале карантина я почти была окрылена: наконец удастся побыть с собой, время, которое я тратила на дорогу к работе, я спокойно могу потратить на свою книгу, которую мечтала написать уже много лет.

Но через четыре недели с 12-часовым рабочим днем я поняла, что погорячилась. Вся домашняя нагрузка, дети на карантине с их домашней работой и заботы о муже легли на меня. Думаю, меня поймут многие женщины: это бесконечный круговорот хлопот.

Фото: legion-media.ru
Бесплатная психологическая помощь при травле

Соцсети создавали иллюзию отдыха: переключиться с рабочих табличек на чужие посты можно быстро и не нужно никуда выходить, поэтому я стала проводить в них каждую свободную минуту. 

А потом я наткнулась на статью про -дцатую книгу одной писательницы Валерии (имя изменено по просьбе героини. – Прим. ред.), и у меня случился срыв: у меня столько забот и я никак не могу начать даже свою первую книгу, а какая-то Валерия умудряется быть продуктивной, вон она даже на квартиру накопила! 

И я оставила негативный комментарий, оценочное суждение о качестве ее творчества. Что-то в духе того, что это не великая литература. Появился первый лайк, который меня приободрил. Выходит, я права, у меня есть поддержка. Тогда я даже не думала, что это может быть вариантом травли.

Мой комментарий дал старт целому треду, количество лайков исчислялось десятками. Слова поддержки от тех, кто считает так же (что Валерия пишет плохо), кто понимает, что стоит жить и творить только ради книги, которая войдет в историю, попадет на книжную полку к внукам… И не гнаться за количеством, как Валерия. Пост просто кишел язвительными реакциями на ее книги. Когда писательнице стали желать безвестности после смерти, я начала понимать, что что-то идет не так, перестала участвовать в холиваре. Сейчас мне даже страшно заходить в тот пост. 

Как я потом узнала, Валерия получила скриншоты всех комментариев в личные сообщения. В дискуссию она не вступала, так что я могу только догадываться, как она себя чувствовала. Написать ли Валерии, что я сожалею? Стыдно…

Год спустя мне пришлось признаться себе, что самой в своих проблемах не разобраться, и я обратилась к психотерапевту. Вспомнила и свои комментарии Валерии. Он объяснил мне механизм: моя реакция на чужой успех произошла из-за негативных сценариев моей собственной жизни. Надеюсь с этим справиться и больше никогда не писать такие вещи людям, которые ни в чем не виноваты.

Когда мы расстались, я не мог уснуть

Мне было 20 лет. Начиная любые отношения, я всегда знал, что могу соскочить в любой момент. Девушек у меня было много. Но Маша (имя изменено по просьбе героя. – Прим. ред.) как-то не торопилась мне отвечать с самого начала.

Когда я предложил ей встречаться, ответ пришел только через неделю. Никогда не испытывал такого: радость вперемешку с удивлением и негодованием – почему так долго, я же всем нравлюсь. Но мы все-таки стали встречаться.

Примерно через четыре месяца я познакомил ее с мамой. Такой огромный шаг для меня, а она даже не заметила, будто все так делают. Даже сейчас, когда я рассказываю, вспоминаю те эмоции. И я совсем не ожидал, что еще через месяц она предложит расстаться. Я был в ярости, никак не мог поверить, тем более что и четких причин она не обозначила. Вроде того что у нас мало общего и она устала… 

Фото: legion-media.ru

Когда мы расстались, я не мог уснуть. Чувствовал себя оскорбленным, и мне хотелось, чтобы она почувствовала то же самое. Утром я выложил в инстаграм ее селфи, где она плохо вышла, и отрывок из переписки, где мы обменивались личными фото.

Сториз удалились через 24 часа, но реакций было море. Все наши общие друзья сразу поняли, что мы разбежались, некоторые потом еще пару месяцев это вспоминали. Кто-то называл меня смелым. Потом мне сказали, что этим поступком я очень ее обидел – как, в общем-то, и хотел. Мне казалось, я вершу справедливость.

Когда в прошлом году я узнал о дне кибербуллинга, то даже не думал, что это относится ко мне. Какой я агрессор? Это же просто фотка. И вообще, я сам был обижен. Но один друг, с которым я тогда поделился этой историей, сказал, что я совершенно не прав. Меня это возмутило, я стал искать подтверждение своей правоты, но вместо этого… убедился, что действительно поступил некрасиво. Маша значила для меня очень много, а я нарочно сделал ей больно. 

К сожалению, я так и не нашел сил извиниться перед ней, а теперь много воды утекло… 

Собачники – самое дружелюбное комьюнити

Летом мы с партнером и нашим большим черным пуделем Марси переехали в новый район. Каждое утро пересекались с новыми соседями, тоже владельцами собаки, и вскоре познакомились. Собачники вообще – самое дружелюбное комьюнити, которое я встречала. В августе в нашей группе появилась новая девушка, тоже хозяйка пуделя. Мы не понравились друг другу, как мне кажется, но я старалась оставаться нейтральной. 

Фото: legion-media.ru

Я вступила в одну общую группу для собачников нашего района: активности, полезные советы и прочие штуки, которыми обмениваются те, кто в теме. Все было как обычно, ничего криминального, но однажды я получила непрошенный совет под общим постом о собачьей выставке. Вот от той самой «новенькой». Я знала, что собака у нее недавно, поэтому удивилась такой наглости. Как же так? Со школы у меня были собаки и больше 10 лет я знаю, как с ними обращаться. 

Самое дурацкое в таких историях то, что ты не понимаешь, что ты не прав или не права. Вот совсем. Пока кто-то третий не укажет на всю неприглядность ситуации. Нас тогда «разняли» приятели по собачьей тусовке, меня многие осудили… Я обиделась: почему они вообще считают, что я агрессор? Я же не просила советов, это она агрессор! Как она вообще смеет давать мне советы, кто она такая?

Я потом долго не могла заставить себя выйти во двор и присоединиться к компании, так что всю осень гуляла с Марси одна. А потом поняла, что со мной происходит что-то не то – то ли я всех ненавижу за то, что встали на ее сторону, то ли я чувствую себя виноватой…

Я подняла переписку и поняла, что меня осудили не без резона: в перепалке я перешла на личности. Та девушка говорила про собак, а я – про нее, ее внешность и способности: «плохо выглядишь», «неумная» и т.д. (и это, конечно, с цензурой). Я решила пообщаться с ней, чтобы разобрать ту ситуацию, и оказалось, что она вполне приятная собеседница, плюс она не подозревала, что я – опытный собаковод.

Да, она тогда сделала ошибку, давая советы, которых я не просила (и она это признала), но ведь и я могла не заводиться, а просто выдохнуть и ответить по теме. В другой раз, прежде чем ответить кому-либо, посчитаю до десяти и глубоко подышу.

Если вы или ваши близкие подверглись травле в интернете, получите бесплатную психологическую помощь по телефону 8 (800) 500-24-11

Есть много похожих историй, о которых мы наверняка не узнаем. Сам процесс перехода от фрустрации к агрессии и травле иногда неуловим. Как распознать самозарождающуюся агрессию — подробнее в материале «3 признака того, что ты занимаешься травлей: монолог психолога»

Читайте также:

Подпишитесь на нас